Александр Лукашенко рассказал, какой он видит «большую сделку» с США. По его словам, вопрос политзаключённых и санкций — лишь деталь. За что он намерен торговаться с Дональдом Трампом на самом деле?
В беседе с ведущим российского телеканала RT Риком Санчесом Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США ведутся уже давно. Он заявил, что возможная встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: «Скажу откровенно, приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Надо понимать, что, кроме того что мы обыкновенные люди, которые хотят общаться и поздороваться, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть подготовлена».
Чего именно Лукашенко ожидает от «большой сделки» с США, эксперты обсудили в беседе с корреспондентами.
«Политзаключённые и санкции — это мелочь»
Лукашенко надеется, что перед заключением «большой сделки» между Беларусью и США будет подготовлено отдельное соглашение. По его словам, будущие переговоры в США не должны выглядеть как встреча «вассала с императором»: «Это не какая‑то напыщенность, это не петушиная политика, нет, это политика реального президента, который уважает собственный народ. Я готов к этой встрече, мы готовы к сделке, но её нужно подготовить так, чтобы в ней были интересы и США, и Беларуси».
По утверждению Лукашенко, было бы ошибкой считать, что у Вашингтона «только один интерес — освободить, как они говорят, политзаключённых в Беларуси, а взамен снять санкции». Он настаивает, что «политзаключённые, санкции — это мелочь» и что существует «гораздо больше вопросов, которые надо урегулировать» — именно они, по его мнению, и составляют содержание «большой сделки».
«Пик политической карьеры»
Экс‑дипломат, руководитель Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский считает, что возможная поездка Лукашенко в США имеет для него принципиальное значение: «Это пик политической карьеры. За всё время его правления ещё не было случая, чтобы он встречался с президентом США для полноценных переговоров».
Ковалевский подчёркивает, что такая встреча была бы важна и с точки зрения нынешней ситуации вокруг Беларуси: «Существует угроза суверенитету и независимости страны. Продолжается война, и есть сценарии, при которых Россия будет пытаться втянуть Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и со странами Запада. Для Лукашенко крайне важно, чтобы визит в США состоялся и позволил отстоять собственные интересы, которые, конечно, связаны прежде всего с сохранением личной власти. Но чтобы ею пользоваться, ему приходится думать и о том, как укреплять суверенитет Беларуси».
Политолог Валерий Карбалевич полагает, что Лукашенко важен весь комплекс возможных выгод — от отмены американских санкций до экономических соглашений по белорусскому калию. «Опираясь на эти сделки, можно было бы частично обойти европейские санкции и, прежде всего, вернуть доступ к Клайпедскому порту, через который до ограничений шли поставки калийных удобрений. То есть, зацепившись за калий как за одно звено, вытянуть всю цепь, — поясняет он. — Плюс попытаться прорвать дипломатическую блокаду на западном направлении. Европейские государства не признают Лукашенко президентом Беларуси, а для него жизненно важно признание Запада и выход из изоляции».
Историк и политический обозреватель Александр Фридман предполагает, что в рамках «большой сделки» может обсуждаться весь спектр шагов по нормализации отношений: «Это и возвращение посла США в Беларусь, и возможное возобновление прямого авиасообщения, и экономические проекты. Лукашенко заинтересован в инвестициях из Соединённых Штатов. Добившись освобождения политзаключённых в обмен на смягчение санкций, он хочет выйти на масштабные экономические договорённости в первую очередь».
Спешит ли Лукашенко заключить соглашение
Переговоры между белорусскими властями и администрацией Дональда Трампа длятся уже более года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, были сняты американские ограничения с экспорта белорусских калийных удобрений, а также с «Белавиа», ряда банков и Минфина. Однако полноформатная «большая сделка», предполагающая освобождение всех политзаключённых, пока не состоялась.
По словам Карбалевича, сейчас трудно сказать, кто именно тормозит процесс: «Переговоры ведутся в очень закрытом режиме. Возможно, если бы Лукашенко решился на более масштабное освобождение политзаключённых, это позволило бы ускорить соглашение».
Ковалевский считает, что ближайшие месяцы являются для Лукашенко критическим периодом, когда сделку следовало бы довести до конца: «Это в большей степени связано с внутриполитической ситуацией в США, которые готовятся к промежуточным выборам в Конгресс. Когда кампания войдёт в наиболее активную фазу, у Дональда Трампа и его администрации будет гораздо меньше времени для белорусской повестки». При этом он подчёркивает, что для успешного завершения переговоров важна способность Лукашенко и его окружения идти на компромиссы и уступки.
Фридман напоминает, что Лукашенко понимает: США начали с ним прямой диалог лишь потому, что увидели в нём потенциально полезный фактор в контексте урегулирования вокруг Украины. По его словам, внешнеполитическая ситуация меняется настолько быстро, что любое соглашение может быть обнулено новыми событиями — будь то война на Ближнем Востоке, ухудшение отношений между Вашингтоном и Пекином или новый виток напряжённости между США и Россией. «В таких условиях выжидать и откладывать договорённости — не лучший вариант, и сделку, по его логике, стоит заключить как можно раньше», — отмечает эксперт.
Чего Лукашенко хочет от США: гарантий безопасности?
Карбалевич считает, что Лукашенко стремится включить в «большую сделку» целый комплекс вопросов: «Для него важны гарантии со стороны США, что он не повторит судьбу лидеров, против которых Вашингтон поддерживал жёсткие операции. Американская администрация показала, что готова на крайне решительные действия, если считает проблему приоритетной. Вероятность того, что с Лукашенко произойдёт нечто подобное, невелика, но у страха глаза велики. По словам спецпредставителя президента США Джона Коула, после переговоров в Минске у него сложилось впечатление, что Лукашенко до крайности напуган событиями в других странах».
Ковалевский, однако, уверен, что говорить о каких‑либо формальных гарантиях США сейчас преждевременно: «Мы помним, что Лукашенко — союзник России, а не Соединённых Штатов, чтобы Вашингтон брал его под свою защиту. Такие ожидания, скорее всего, завышены».
По его мнению, если соглашение всё же будет достигнуто и появятся новые договорённости, которые продвинут стороны к нормализации отношений, в перспективе подобные дискуссии о гарантиях могут возникнуть. «Но вряд ли Москва согласится уступить Вашингтону роль главного гаранта безопасности Лукашенко», — добавляет экс‑дипломат.
