Решение США отказаться от развертывания крылатых ракет Tomahawk в Европе выявило серьезную уязвимость: у стран Старого Света нет достаточных средств для высокоточных дальних ударов, способных служить эффективным сдерживающим фактором.
Почему в Европе нет дальнобойного оружия?
В последние десятилетия европейские страны во многом полагались на гарантии со стороны США и избегали самостоятельной разработки ракет большой дальности из опасений эскалации. Ныне имеющиеся крылатые ракеты европейского производства, такие как Taurus или Scalp/Storm Shadow, имеют дальность порядка 500 км и запускаются с воздуха, что требует контроля воздушного пространства над противником и ограничивает их оперативность.
При этом у некоторых государств есть ядерные баллистические носители большой дальности, но обычных аналогов для гибкого реагирования без ядерного компонента фактически нет — получается ситуация «всё или ничего».
Уязвимость Европы
Отсутствие собственных средств поражения на 1–3 тыс. км ограничивает возможности сдерживания. Наличие у России различных крылатых и баллистических систем, способных поражать европейские города и военные объекты, сдвигает геостратегический баланс и усложняет планирование обороны.
Европейские инициативы и сроки
Германия, Франция, Польша и Италия запустили совместную программу по разработке европейских ракет большой дальности. К ней позже присоединились другие страны. Однако большинство проектов находятся на ранних стадиях, и полноценные решения, вероятно, появятся не раньше 2030‑х годов.
Временное решение и роль Украины
Быстрый путь к созданию наземной ракеты с дальностью более 2000 км — это модернизация уже существующих разработок, например перевод морских ракет на авиационные или наземные носители. Кроме того, обсуждается использование украинских наработок по дальним ударам как одного из временных вариантов: в ряде проектов Киев демонстрирует технологии для поражения целей на значительном удалении.
Последствия действий США
Объявленные сокращения американского военного присутствия в Европе и отказ от развёртывания отдельных силовых компонентов ослабляют способность НАТО к быстрому ответу без наращивания собственных европейских возможностей. Это стимулирует поиск альтернатив и укрепление кооперации внутри Европы и с партнёрами.
В ближайшей перспективе Европа будет зависеть от сочетания долгосрочных национальных программ и более оперативных временных решений, а также от обмена технологиями с партнёрами, пока не появятся собственные масштабные комплексы дальнего действия.
