Адвокат и правозащитница Мария Бонцлер потеряла сознание в камере СИЗО — об этом сообщил её защитник Илья Сидоров. По словам адвоката, она очнулась только утром.
Что произошло
Сидоров рассказал, что вечером в изоляторе не было медицинского персонала. О случившемся Бонцлер заявила во время утренней поверки. После этого защита направила обращения в Министерство здравоохранения Калининградской области и региональное управление Росздравнадзора, а также готовит заявления в суд и прокуратуру.
Медицинское состояние и жалобы
Адвокат сообщает, что накануне у Бонцлер зафиксировали артериальное давление 210/100. По его словам, при таких показателях ранее её госпитализировали, но в этот раз этого не произошло. Сидоров предполагает, что бригаде скорой помощи запретили доставлять её в больницу; официального подтверждения этой версии нет.
Защита уже ходатайствовала о переводе Бонцлер в специализированное медицинское учреждение, но получила отказ. По оценке адвоката, продолжение судебных заседаний в нынешнем режиме создает серьёзную угрозу для её здоровья. В ближайшие дни Сидоров намерен получить данные о динамике артериального давления и уровне сахара в крови.
Взаимодействие с медчастью СИЗО
После встречи с новым начальником медицинской части СИЗО адвокат оценил разговор как конструктивный. По его словам, медицинская документация Бонцлер была изъята для проведения экспертизы, а руководство обещало предпринять усилия для направления её на дополнительное обследование в кардиоцентр в посёлке Родники.
По просьбе защиты Марии Бонцлер разрешили использовать специальную подушку во время судебных заседаний.
Контекст дела и предыстория
Бонцлер была задержана в мае 2025 года. Следствие угрожало переквалифицировать обвинения на статью о госизмене, если она откажется давать показания против коллеги. До задержания ей поставили диагноз тяжёлая хроническая гипертония: незадолго до ареста её выписали из больницы после гипертонического криза.
По словам защиты, несмотря на жалобы на самочувствие, необходимой медицинской помощи ей не оказывают, а семье запретили передавать лекарства.
