Экономист объяснил, почему снижение ключевой ставки не приводит к росту экономики России

Центральному банку выгодно постепенно понижать либо сохранять без изменений ключевую ставку, чтобы поддерживать у граждан ожидание, что при более дешёвых деньгах экономика со временем начнёт расти, считает экономический обозреватель Вячеслав Ширяев.

Он напомнил о примере Турции, где ключевая ставка достигает около 37%, при этом экономика демонстрирует прирост почти на 4% и удерживает темпы выше среднемировых уже несколько лет подряд.

«Почему при ставке в два с половиной раза ниже, чем в Турции, в России наблюдается рецессия, а не рост? Думаю, уже примерно с мая начнёт преобладать понимание, что дело вообще не в ставке. Сейчас это ещё не мейнстрим: только те экономисты, которые могут позволить себе говорить правду, прямо заявляют об отсутствии жёсткой зависимости между ставкой и динамикой экономики», — отметил Ширяев.

«Психологический эффект» от мягкой политики

По его словам, сама по себе тенденция к снижению ключевой ставки оказывает на общество прежде всего психологическое воздействие: создаётся ощущение, что ситуация вскоре улучшится, и это помогает сглаживать недовольство экономическими реалиями.

Сомнения в достоверности статистики

Экономист также предположил, что финансово‑экономический блок власти будет прилагать всё больше усилий для косметического улучшения макроэкономических показателей и официальной отчётности, чтобы не демонстрировать руководству масштабы проблем.

«Будут больше врать, больше рисовать, активнее манипулировать статистикой. Не случайно в выступлении Эльвиры Набиуллиной прозвучало, что якобы уже есть признаки восстановления экономического роста. Очевидно, кроме Росстата эти “признаки” никто не увидит: предприятия продолжают сворачиваться, закрываться, фиксировать десятки миллиардов рублей убытков», — заявил Ширяев.

По его оценке, правительство и дальше будет через подконтрольную статистическую службу формировать набор показателей, мало соотносящихся с повседневной реальностью бизнеса и населения, поскольку демонстрация реальных последствий проводимой политики наверху считается нежелательной.